И расти, и действовать
запись из раздела Химия и личности | http://panterafilms.ruНа 30-летие Музея Павла Тычины его друзе рассказывали о поэте невымышленные истории.
Последний год литературно-мемориальный Музей-квартира Павла Тычины дает информационные поводы для "сонетов и октав". В прошлом году как снег среди летнего дня ошеломила новость о том, что Киевский городской совет принудительно выселяет музей из помещения через неуплату аренды в сумме 16 тис. грн. Тогда на защиту квартиры Тычины поднялась вся интеллигенция Украины и частично России. Через иски в суды музей удалось сохранить, и никто не посмел выбросить рукописи поэта из Терещенкивской, 5. Из первого января проходящего года работники музея чувствуют себя значительно увереннее: Музей-квартиру Павла Тычины передали в государственную собственность - в подчинение Министерства культуры и туризма Украины.
Следом за решением неприятной ситуации на работников музея и всех почитателей творчества поэта ожидают два праздники. Ровно 30 лет тому назад в доме, где проживал Павел Тычина с женой Лидией Петровной, за инициативы тогдашнего председателя Союза писателей Павла Загребельного был основан музей-квартира. В следующем году 23 января Украина будет отмечать 120 лет от дня рождения поэта. Так что празднования 30-летия Музея-квартиры Тычины вышли не такими громкими, как могли бы быть, - это, быстрее, репетиция перед юбилейной датой виновника.
Свои листы Тычина разрисовывал
Музейники, которые обустроили из обычной квартиры музей за девять месяцев, вспоминают, как каждый год праздновали день рождения со словами: "Нашему ребенку годок, наш ребенок идет к школе, наш ребенок совершеннолетний". Конечно, интерьер комнат работники музея не изменяли, а над архивами пришлось хорошо поработать. Тогда ранняя поэзия Тычины была запрещена, никто не знал его стихов о Крутах, Голодоморе. Когда кто-то из близких Тычины осмеливался вполголоса где-то в уголке прочитать в музее эти стихи, женщины, глядя в глаза "герою", крадучись на коленях по строке записывали неизвестного Тычину. Если посетители обвиняют поэта в слабости, цитируя стихи о Сталине и партию, хозяйки квартиры наперебой часами читают им раннюю поэзию. Говорят, люди будто заново рождаются и выходят от них совсем другими.
По случаю 30-летия музея для выставки из трех тысяч экспонатов выбрали 30 уникальных, которыми музей больше всего гордится. Это книги с автографами, портрет работы Василия Касияна, свидетельство о бракосочетании, листы к сестре Прони, в которых Тычина нарисовал колодец и хату в родном селе Пески на черниговщине. Есть тетради с народными песнями и колядками, которые Павел Григорьевич собирал по селам и хуторам, а также листы к Тычине Николая Вороного, Владимира Самийленко, Тодося Осьмачки, Максима Рильского. Последний к 50-летию поэта посвятил стих "Золотая сабля", который написал на большом плакате и собственноручно расписал. Заведующий фондами Григорий Донец рассказывает, что листы и рукописи Тычины будут выставляться не больше 10 дней - им вредит светло.
"Буйный" Тычина
То, что Павел Тычина был мягким и слишком добрым, чтобы противостоять системе, было не так - вспоминали друзья поэта. Иван Драч вспомнил историю, как в 1939 году Никита Хрущев пригласил "придворных" поэтов на пароход. В кругу выбранных начали обсуждать Максима Рильского. Тогда Павел Григорьевич резко поднялся и хотел спрыгнуть из парохода: "Я с вами здесь не буду. Я выйду отсюда". Тычину едва успокоили, чтобы не убился, а Рильского помиловали. В другой раз Павла Григорьевича пригласили на заседание ЦК, где хотели признать Александра Довженко буржуазным националистом. Интеллигенция соглашалась с пафосными лозунгами Корнийчука, лишь Тычина стукнул по столу: "И на Довженко руку подняли"! - стукнул дверями, что аж стены задрожали, и так своим протестом снял клеймо из кинорежиссера.
Земляк и академик Петр Кононенко знает Павла Тычину не из архивов. "Признаны, популярны, известны, а Тычина действительно гениальный. Он был очень добрым, всегда спрашивал, чем может помочь. Играл на 11 инструментах. Когда с чем-то не соглашался, возвращался и шел", - говорит Кононенко. От Сковороды и Шевченко к Стуса не было такого, как Тычина. Так нежно и трепетно чувствовать природу в поэзии не удалось никому, а вот писать таким почерком, как в Тычины, найдутся искусники. Литературовед Сергей Гальченко долгое время упорядочивал архивы поэта и научился различать почерк Тычины по годам. Он настолько погрузился в мир поэта, который может не только копировать почерк, но и голос. Сергей Анастасий никак не мог поверить, что Павел Григорьевич никогда не ругался. Интересовался об этом у его жены Лидии Павловны. "Как вам сказать. Никогда. Но раз было. Когда Павел Григорьевич предложил мне руку и сердце, мы шли Крещатиком. Были такие счастливые, что официально вместе. Как навстречу идет красивая девушка. Увидела Павла, оттолкнула меня локтем и ринулась целовать Павла. Тогда он как пошлет ее", - пересказывает слова Лидии Павловны Гальченко.
Кстати, директором музея является родственница Павла Тычины по сестре Полине Татьяна Сосновская. К 90-ым музей возглавляла ее иметь, госпожа Ирина. "У нас все в надежных руках и по династии", - шутят коллеги Татьяны Григорьевны.